Виктория и майя: как девушка из России помогает потомкам древнейшей цивилизации

240

Что вы знаете об индейцах майя, кроме того, что они строили пирамиды, создали календарь и предсказали конец света? Многое ли вам известно о современной Гватемале?

Лишь в 1996 году там закончилась 36-летняя гражданская война, которая привела к геноциду племён майя. У большинства индейцев в Гватемале до настоящего времени нет документов. Многие майя говорят только на своём наречии и не понимают по-испански, а, между тем, это государственный язык Гватемалы. В глубине страны есть деревни, где 60% детского населения хронически голодает, а 22 % крестьян живут в крайней нищете. В индейских семьях в среднем 8–10 детей, которые работают наравне со взрослыми по 12 часов в день. Поэтому майя важно быть сильным и выносливым, и многие предпочитают не кормить девочек, потому что считают их обузой для семьи. В некоторых поселеньях люди пьют воду из реки, потому что других источников там нет. Зачастую женщины рожают прямо на земляном полу, а врача в радиусе 100 км найти невозможно: до ближайшей больницы шесть часов езды с учётом того, что дорог нет как таковых, а машины — большой дефицит…

С этими и многими другими «особенностями местного колорита» столкнулась врач-тропиколог Виктория Валикова во время работы в благотворительной миссии в глухом горном районе Гватемалы. Сейчас она вернулась в Россию, в Уфу, чтобы накопить денег и собрать команду единомышленников для строительства клиники для бедных в гватемальской деревне Сентинела в Уэуэтенанго. В ней бесплатно будет работать сама Виктория и другие волонтёры.

Ты писала в своём блоге, что коллеги в уфимской больнице считают, что ты «с чудинкой». А сама ты как себя ощущаешь? Чем ты отличаешься от других?

Со мной явно что-то не так (улыбается). Я люблю людей, мне безумно нравится моя работа, и я терпеть не могу рутину.

Кажется, мне просто повезло больше, чем другим. Когда мне было 22 года, я с отличием закончила университет и поступила в интернатуру. И в тот момент у меня было всё: учёба и планы вполне себе «нормальной» работы, хорошая семья, удачное замужество, квартира в центре, машина, дача, гараж. То, к чему люди стремятся… всю жизнь?

Думаю, что перспектива работать в одном и том же месте, делая то, что способен делать любой другой человек, жить в абсолютной зоне комфорта — это то, что напугало меня. Я поняла, что могу больше. Что я могу принести больше пользы, если просто сделаю усилие и начну жить иначе. И я решила всё изменить.

Ты была волонтёром в Гватемале, Гондурасе, на Гаити. Работая практически в первобытных и очень экзотических условиях, тебе наверняка приходилось переживать психологически непростые или даже травмирующие ситуации. Что самое сложное для тебя?

Я остро переживаю каждую смерть. Особенно — каждые детские похороны. Мне очень тяжело понимать, что дети умирают от излечимых заболеваний. Это то, что ранит меня очень сильно.

Как ты с этим справлялась? Есть ли у тебя рецепты восстановления?

Нет, никак с этим не справиться: я помню всех, кто умер у меня на руках. Я посчитала, что вместо того, чтобы медитировать в лавандовой ванне, лучше открыть клинику там, где сейчас ничего нет.

Комфорт для тебя ничего не значит? Или то, как ты планируешь жить и работать в Гватемале, без дорог, электричества, водопровода, интернета и многих других привычных вещей, всё-таки преодоление?

Мне нравятся пушистые одеяла, мягкие кровати и белые простыни. Но есть вещи, которыми ты готов пожертвовать ради большей цели. Комфорт — одна из них. Улыбка одной беременной женщины, один выздоровевший ребенок, одна залеченная рана — всё это бьёт стрит-флешем полы с подогревом или натяжные потолки.

Перед отъездом, 21 февраля, мы устроили гаражную распродажу, на которую я принесла все свои вещи. Многие волонтёры последовали моему примеру — в итоге мероприятие приняло много большие размеры, чем планировалось. Собранные деньги мы пустили в фонд строительства клиники, а то, что не удалось продать, мы передали в церковь.

Чему тебя научили гватемальцы?

Терпению. Смирению. Ну и ещё меня научили тортильи делать (улыбается).

Проект Health&Help, который ты возглавляешь, довольно длительный. Скорее всего, это означает, что в ближайшие 5, а то и 10 лет у тебя не будет возможности подумать о себе. Не страшно?

То, что я делаю, не идет вразрез с моими личными планами. Я думаю о себе, именно поэтому я делаю так, как мне комфортно — иду к своей мечте. Моя цель — сделать мир немного лучше. Я не планирую в этой жизни заниматься чем-то другим.

Каким ты видишь этот проект в идеальном будущем?

Мы планируем развить программу по борьбе с голодом, организовать доступность чистой воды, проводить образовательные курсы неотложной медицинской помощи для местного населения. Эта клиника первая, но не последняя. Есть много мест, где остро нужна помощь, и я думаю, с опытом, который мы приобретём на этом проекте, мы сможем изменить жизнь большого количества забытых богом поселений.

В твоих интервью иногда проскальзывает обида из-за того, что некоторые люди считают, что ты «занимаешься глупостями». Так ли это? Что ты чувствуешь, когда не находишь поддержки или одобрения в людях?

Не обида, а скорее, печаль. Но все люди разные, так что я просто стараюсь не читать грубые комментарии. Пожалуй, главное, что мне дал этот проект — это возможность познакомиться с прекрасными людьми. Наша команда — яркий пример того, как люди могут понимать друг друга и поддерживать. Вместе мы движемся вперёд!

Что заставляет людей ехать в джунгли и отдавать себя, свои силы, внутренние ресурсы, не получая за это материального вознаграждения?

Нас всех объединяет общая идея — сделать этот мир лучше, идея изменить положение вещей, которые кажутся нам неприемлемыми. Мы разные: спокойные, энергичные, резкие, дотошные, педантичные, творческие… К себе в команду мы берём только тех, кто трудится с самоотдачей. Например, Карина Башарова, администратор проекта, работает по 12 часов в день, а иногда и больше. Игорь Енин активно сотрудничает с архитекторами и строителями, порой из-за разницы во времени ему приходится вставать ночью, чтобы обсудить что-то с волонтёрами из других городов.

Всё это делает нас хорошей командой, у нас получается качественно делать то, за что мы отвечаем, и нам это нравится. У каждого человека должно быть своё дело и своя точка приложения. Мы правильно распределили обязанности и получили замечательный результат.

Проект набирает волонтёров, которые займутся строительством клиники. Нашлись ли уже подходящие специалисты? Кто те люди, что уже перечислили деньги на счёт Health&Help?

Уже нашлись прорабы, архитекторы. Строить будут местные жители, но руководить строительством будут наши ребята. Мы организовали краудфандинг в России, на платформе Boomstarter, и поэтому все наши доноры — граждане РФ и близлежащего зарубежья. Скоро мы запустим проект на Indiegogo и будем привлекать европейскую и американскую аудиторию.

Что бы ты хотела сказать молодым людям, которые задумываются о том, как принести пользу не только себе?

Ничего не бойтесь. Сформулируйте цель и идите к ней. Помните, вы можете потерять всё: квартиру, машину, семью, и вы сами, к сожалению, не вечны. Вечны только ваши дела. Творите добро. И будьте счастливы!

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading...